Горячая линия

8 (4812) 24-46-00

Версия для
слабовидящих
Работа с обращениями
граждан и организаций
Прослушать

Вердикт экспертов

Интервью руководителя – главного эксперта по медико-социальной экспертизе по Смоленской области, кандидата медицинских наук Александра Кузнецова журналу «Смоленск»

- Александр Иванович. Читатели журнала «Смоленск» попросили редакцию рассказать о работе главного бюро медико-социальной экспертизы Смоленской области. Введите нас, пожалуйста, в курс дела, чем занимается возглавляемое Вами бюро.

- Службе медико-социальной экспертизы России в 2008 году исполнилось 90 лет. До 2005 года она подчинялась непосредственно органам власти субъектов федерации, в частности, - департаменту Смоленской области по социальному развитию.

- Кстати говоря, а правильно ли это? Ведь речь идет о средствах на обеспечение инвалидов, а для регионов это весьма затратные хлопоты...

- Вопрос резонный. Ведь выделяемые сегодня федеральные деньги – это существенная экономия для областного бюджета. Во-вторых, областные бюджеты систематически недодавали средства, не потому, что косо смотрели на медицину или социальную помощь, а по причине нехватки денег в казне. Весьма нагляден такой пример: когда служба медико-социальной экспертизы переходила в федеральное подчинение, бюджет учреждения составлял около 9 млн. рублей, сейчас наш бюджет – порядка 50 млн. рублей...

С 1 января 2005 года служба подчинялась Росздраву, а затем Федеральному медико-биологическому агентству России*, там создано управление медико-социальной экспертизы. Агентство является структурным подразделением Минздравсоцразвития. Получается, что министерство разрабатывает для нас нормативно-правовую базу, а управление следит за организацией и за конкретной работой каждого учреждения в регионах. Контроль, кстати, достаточно жесткий.

До перехода в федеральное подчинение система решений была двухуровневой: заключение районного звена оценивало областное бюро. До 90-х годов прошедшего столетия решение областного бюро обжалованию не подлежало – ни в суде, ни даже на уровне руководства страны. Сейчас система обжалования трехуровневая – районная, областная и федеральная инстанции. Более того, на любом этапе решение можно обжаловать в суде. Тогда уже суд назначает экспертизу. Но так как у нас в стране независимая экспертиза не создана, службе медико-социальной экспертизы одного из ближайших регионов суд поручает сделать экспертизу.

- Давайте порассуждаем о том, кто же жалуется. Есть, конечно, определенный незначительный контингент мошенников, желающих в обход закона заполучить статус инвалида. Но основная масса обращающихся к вам людей действительно имеет недуги и искренне верит в том, что ей положена группа инвалидности. Полагаю, не должна быть слишком высокая планка. Если уж человек с подтвержденным врачами диагнозом к вам обращается, то, наверняка, воспринимает себя инвалидом.

- Если у гражданина имеются данные на инвалидность, на любом этапе обращений – либо на первичном бюро, либо на главном или федеральном, его признают инвалидом.

- А часто ли более высокая инстанция отменяет вердикты экспертов?

- Главное бюро проверяет заключения первичного бюро не только по жалобам граждан, но и по собственной инициативе. Вся экспертная документация первичных бюро по установлению инвалидности проверяется на областном уровне. Если возникают сомнения, человек вызывается на контрольное обследование, и может быть установлена группа инвалидности у тех, кто ранее получил отказ, или наоборот – группу инвалидности могут снять. Так же федеральное бюро наблюдает за нашей работой – и в порядке обжалования, и в порядке контроля.

- Сколько человек ставят подпись под заключением в установлении группы инвалидности или отказе?

- Согласно 906-му приказу министерства в состав комиссии должны входить не менее трех врачей-специалистов, врач-специалист по реабилитации, врач-психолог и специалист по социальной работе. Любой из этих специалистов высказывает свое мнение.

- О коррупционной составляющей хотелось бы высказаться. Представляется, достаточно «договориться» с одним врачом, а другие ему и бумагам поверят...

- Не соглашусь. Человек приходит к нам с направлением из лечебно-профилактического учреждения. Нам все равно, кем это направление выдано – хоть кремлевской больницей. Существует утвержденная Минздравом форма направления на медико-социальную экспертизу. Есть история болезни, есть направление – по сути комплексное обследование человека, к которому также прилагается информация о пребывании на больничном листе, выписки из амбулаторных карт, из истории болезни. С этими документами человек приходит к нам. Специалисты исследуют документацию, визуально обследуют пациента.

- Но бумаги могут быть липовыми...

- На то мы и эксперты, чтобы разобраться. Мы видим человека воочию и видим то, что написано в бумагах. Если возникает малейшее подозрение, мы делаем запрос документов из больницы, поликлиники. Кстати, ЛПУ несут полную ответственность за достоверность предоставляемой информации, и в нашей компетенции – даже обращения в прокуратуру на предмет проведения проверки...

- Направление на медико-социальную экспертизу фактически означает, что врачи ЛПУ рассматривают пациента в качестве инвалида, а вы зачастую отказываете в установлении группы инвалидности. Как это понимать?

- Во-первых, врачи могут не знать наших критериев. Это врачи – клиницисты, а у нас врачи-эксперты, которые проходят соответствующее обучение именно по экспертизе.

- С советских времен на словах вроде бы действует принцип экономии, но порой у нас экономят прежде всего на здоровье людей. Критерии действительно очень жесткие или учитывают состояние человека?

- Есть проект распоряжения правительства по концепции совершенствования государственной системы медико-социальной экспертизы и реабилитации инвалидов. Здесь сделан горький вывод: проблема комплексной реабилитации инвалидов в Российской Федерации в последние годы постепенно из категории «социальной» перешла в категорию «национальной безопасности». Объясняется это тем, что на фоне устойчивой и долговременной убыли населения быстро увеличивается численность инвалидов в стране. Если в 1992 году в России было 3,98 млн. инвалидов, то сегодня их численность составляет 13,2 млн. человек. Ежегодно в учреждениях медико-социальной экспертизы освидетельствуется более 4 млн. человек, из них впервые признаются инвалидами около 1 млн. человек, повторно – 2,5 млн. граждан.

Вот вам и ответ на поставленный вопрос – по общероссийским цифрам. На Смоленщине просматривается та же тенденция роста числа инвалидов и процента лиц, которым устанавливается группа инвалидности.

Но интуитивно вы все-таки обратили внимание на то, что критерии по определению, кому устанавливать, а кому нет группу инвалидности, не всегда четкие и объективные. Это отмечено и в проекте решения правительства: «существующая в настоящее время нормативная правовая база не обеспечивает должной объективности в установлении инвалидности и назначения реабилитационных мероприятий, что сказывается на качестве медико-социальной экспертизы».

- А существует ли какая-нибудь разнарядка, какой процент обращающихся «забраковать»?

- Вполне категорично хочу заявить, что никаких разнарядок нам не спускается. Документы, которыми мы руководствуемся, доступны – они имеются в открытом доступе на сайтах в Интернете. Совсем недавно наше главное бюро медико-социальной экспертизы по Смоленской области также открыло свой сайт.

Нет ни одного документа под грифами «секретно» или «для служебного пользования».

- После установления группы инвалидности куда обращаться инвалидам?

- Мы выдаем справку, разрабатываем программу реабилитации, а дальше Пенсионный фонд начисляет пенсию, фонд социального страхования обеспечивает инвалидов теми техническими средствами (например, протезами), которые мы прописали в программе реабилитации, службы социальной защиты оказывают им адресную помощь в рамках различных федеральных и областных программ.

- На какой срок выдается группа инвалидности?

- Первая группа устанавливается на 2 года, вторая и третья группы – на 1 год.

- Помню, лет семь назад журнал «Смоленск» обращал внимание на проблему очередей на комиссию по инвалидности. Изменилась ли ситуация сегодня?

- Да, изменилась. Что касается нас, мы в течение месяца после поступления направления на освидетельствование выносим свой вердикт – гражданин приглашается на конкретные день и час и в этот же день получает справку на руки. Правда, если нам что-то непонятно, составляется программа дополнительного обследования.

- Речь идет о больших государственных расходах на обеспечение жизнедеятельности инвалидов. Поэтому работа бюро медико-социальной экспертизы должна, в моем понимании, находиться под неусыпным контролем. Как часто вас проверяют? И сказывается ли это отрицательно на психологическом состоянии сотрудников? Ведь любая проверка – это в любом случае испытание, даже если налажен образцовый порядок.

- В 2006 и 2007 годах нас довольно часто проверяли. Период становления службы прошел, вся технология отточена, документация отработана, и нас стали реже проверять. Считаю, мы своей работой зарекомендовали себя хорошо.

Внеплановая проверка проводится по любому обращению с жалобой. Пока нареканий в нашу сторону не было.

- Говорят, от тюрьмы и от сумы не зарекайся...

- В 2007 году в Вяземском бюро случилась трагедия – в ДТП погибли руководитель бюро и несколько сотрудников. Найти достойную замену долго не удавалось. Не очень-то большие очереди скапливаются из желающих занять эту ответственную должность. Еле-еле уговорил одну женщину занять вакантное место – а тут на нее анонимка поступила в прокуратуру. Так приехали сотрудники правоохранительных органов и, как говорят, при всем честном народе препроводили женщину на допрос. Потом она пришла ко мне, написала заявление: «Александр Иванович, а мне это надо?», сейчас работает в Москве, зарплата в месяц под 70 тысяч рублей, и ни о какой медико-социальной экспертизе думать не хочет...

- Кстати, какая у экспертов заработная плата?

- Как и во всем здравоохранении. Небольшие доплаты удается оформлять лишь на основании дополнительной нагрузки сотрудников: у нас штатная численность – 384 человека, а в наличии чуть более 200 человек.

- А материально-техническая база хорошая?

- Когда мы переходили в федеральное подчинение, автотранспорт и компьютерная оснащенность оставляли желать лучшего. Сегодня у нас на балансе 20 современных автомобилей, компьютерная сеть также хорошая. Хочется поблагодарить администрацию Смоленской области, которая передала нам в безвозмездное пользование помещения. В 2006 году при рассмотрении программы социальной помощи инвалидов мне удалось добиться включения в нее строительства здания для бюро медико-социальной экспертизы Смоленской области. Таких зданий в Российской Федерации пока строится три – в Ярославле, Рязани и Смоленске. Мы будем скоро располагаться напротив Заднепровской администрации. Место очень хорошее – рядом железнодорожный и автомобильный вокзалы, трамвайная остановка, по соседству – больница. Расположение очень удобное для инвалидов.

В Смоленске находятся 11 филиалов нашего бюро из 17. К сожалению, за 2 помещения, находящиеся в муниципальной собственности, мы платим аренду. В отличие от областных властей городские нам навстречу не пошли и не передали площади в безвозмездное пользование. Пока, конечно, тесновато, но с вводом нового здания условия улучшатся.

Мы в первую очередь думаем об инвалидах. Но и сотрудники бюро должны работать в нормальных условиях, чтобы труд приносил удовлетворение.

Интервью вел
Владимир ВЕКОВ.